На последнюю назначенную проверку Линь пришла без рабочей комнаты.
Запрос Орта находился рядом с сохранённой задачей, хотя у этого соседства уже не было расстояния. Она оставила наблюдения звёздной фабрики, вернулась к условию проверки и передала выбранные связи.
Для разговора Орт предложил изображение.
Линь включила привычный стол и кресла. Ощущение ткани вернулось вместе с движением руки.
Программа виртуального тела пока действовала. Срок заканчивался сегодня: полный год с операции переноса, включая недели, которые делегация ещё провела в Континууме.
— Готова продолжить? — спросил Орт.
— Да.
Он открыл незнакомую последовательность. В ней нужно было найти выбранное состояние, сохранить задачу, перейти к другой и затем вернуться к первой без подготовленного изображения.
Линь убрала стол.
***
Первая работа закончилась небольшим уточнением.
В новой последовательности одно обозначение отличалось от привычного. Линь нашла его описание и вернулась к исходному условию. Затем восстановила остановленную задачу и передала результат.
Она помнила, где раньше стала бы искать окно: перед собой, чуть левее. Теперь сама эта привычка была доступным воспоминанием, а состояние работы не требовало места в комнате.
Орт попросил объяснить выбор.
Линь передала связи между записями. Для одного пояснения приготовила схему, но не открыла её у себя: изображение понадобилось собеседнику.
Дальше проверили обращение к собственным материалам.
Панель не возникла перед глазами. Линь воспринимала сведения о памяти, мышлении и личности как информацию и выбирала нужную часть напрямую.
Среди приобретённого опыта работы с данными оставалась отметка загрузки. Рядом с исследованием Астера — её собственные вопросы, возникавшие раньше и позже этого опыта.
Она нашла снимок мастерской, присланный Софией, и сохранила ответ. Потом вернулась к проверке, не теряя связи с тем, что собиралась отправить.
— Изображение вернуть? — спросил Орт.
— Для разговора хочу. Для этой работы уже не нужно.
Она снова включила стол.
***
Орт открыл итоги годовой программы.
Там находились первые сеансы, трудности с новыми представлениями, задачи, к которым Линь возвращалась через месяцы. Последняя проверка дополнила их, а не заменила одной удачной попыткой.
Он подтвердил завершение реабилитации.
Линь посмотрела на привычную руку.
— Теперь программу можно отключить?
— Обязательное сопровождение закончено. Ты можешь оставить ощущения или изменить их по своему выбору.
— Хочу сначала без них.
Они проверили выбранное действие. Линь сохранила рабочее состояние и отключила создание телесных сигналов.
Исчезло давление кресла. Не стало ладони на столе, складки рукава, привычного положения плеч.
Стол тоже больше не требовался. Она закрыла изображение.
Запрос Орта оставался доступен. Линь ответила на него, нашла своё сообщение Софии и внесла обещанное пояснение. Для этого не понадобилось ни руки, ни места, в котором она должна была находиться.
Она сохранила ответ Орта и вернулась к открытому вопросу Софии. Пояснение осталось на том месте, где она остановила работу.
— Что хочешь сделать дальше? — спросил он.
Линь нашла запись верхнего илвенского двора.
— Послушать музыку. Только сейчас — после разговора.
***
Нер прислал приглашение встретиться.
Для него Линь включила знакомую среду и выбранные ощущения. Кресло возникло под ней уже по её решению. На столе она оставила снимок Инессы.
Нер посмотрел на подготовленную комнату.
— Здесь почти ничего не изменилось.
— Я могу уйти из неё, не выходя через дверь.
— Раньше тоже могла выбрать другую среду.
— Тогда я сразу делала в ней другую комнату.
Она показала состояние своей работы без пространства между материалами. Затем вернула изображение, в котором Нер мог рассматривать выбранную запись вместе с ней.
Он задержался на итогах программы.
— Ты решила, где останешься?
Линь некоторое время смотрела на снимок.
— Хочу вернуться к людям. И снова приезжать сюда.
— На короткие посещения?
— Иногда на долгие. Я не закончила работу с обсерваторией. И на фабрике теперь хочется увидеть следующий этап.
Она сохранила будущую встречу с Энной, затем открыла сообщение Инессе.
— Но сначала хочу оказаться рядом с ней. Не в присланном изображении.
Нер согласовал обращение к службе, которая занималась механическими телами.
***
Предложение пришло вместе с возможностью выбрать форму.
Линь открыла несколько доступных вариантов. Рабочие конструкции сильно отличались друг от друга: способы движения, органы чувств, размещение инструментов. Она вспомнила тела Роана возле сборочного дока и широкую опору Орена.
— Не обязательно повторять человеческое тело? — спросила она у Нера.
— Форму выбираешь ты. Для изготовления нужны согласованные требования.
Она убрала большинство вариантов и оставила андроида.
На его изображении пока не было её лица.
Линь открыла сохранённые сведения о собственной внешности и движениях. Старые записи не обязаны были определять каждую деталь нового корпуса, но к ним хотелось вернуться.
— Такое, — сказала она. — Чтобы я узнавала себя. И чтобы Инесса узнала меня до того, как я заговорю.
Потом добавила голос, обычные телесные ощущения и движение человеческих рук.
Нер передал требования службе. Для тела подготовили предварительное представление.
Линь подняла на изображении руку, повернула кисть и приблизила лицо.
Ей хотелось исправить сразу несколько мелочей. Одну она оставила, другую изменила, к третьей решила вернуться после уточнения.
***
К привычным чувствам она добавила исследовательские возможности.
Нужны были измерение условий вокруг тела, работа с доступными приборами и дополнительные диапазоны восприятия. Сначала Линь попыталась разместить все сведения вместе с обычным зрением.
Вид комнаты заполнили обозначения.
Она вернула прежнее изображение и выбрала другой способ: измерения должны были оставаться доступными напрямую, а появляться перед глазами — когда она сама этого захочет.
— Иначе опять буду двигать окна, — сказала она.
Корпус предусматривал живой металл. Небольшие повреждения поверхности могли затягиваться; для внутренних поломок и серьёзного ремонта оставались обычные требования обслуживания.
Линь посмотрела, как меняются движения при размещении дополнительных устройств. Часть пожеланий пришлось пересмотреть, чтобы руки сохраняли удобный ход.
Предварительный вариант ещё нуждался в инженерной проверке. Изготовление предстояло после согласования, а получение и освоение тела — позднее.
Она сохранила выбранную форму.
***
Инесса ответила на сообщение о завершении года раньше, чем Линь закончила следующий вопрос.
«Ты теперь можешь приехать?»
Линь открыла канал разговора.
— Год закончился. Я выбираю тело. Потом нужно будет подготовить возвращение.
— Ты уже знаешь какое?
Она показала предварительное изображение.
Инесса приблизила лицо, потом вернулась к общему виду.
— Это ты.
— Пока выбранная форма. Её ещё проверят и изготовят.
— Я поняла.
Несколько мгновений Инесса смотрела на неё молча.
— У меня есть снимок зала после встречи. Хочешь показать, где поставим тебе место?
Линь улыбнулась.
— Лучше сначала просто место рядом с тобой.
Инесса передвинула на изображении обычное кресло. Позади оставалась широкая опора для селанта; проход к рабочему столу был свободен.
Линь сохранила снимок. Подготовка возвращения теперь начиналась с вещей, которые можно было назвать и согласовать.
***
Позднее она сообщила Астеру выбранную форму и оставила в их исследовании следующую задачу.
— Ты сможешь продолжать, когда вернёшься? — спросил он.
— Да. И здесь тоже. Я хочу бывать в обеих вселенных.
Он попросил прислать изображение будущего тела.
Линь отправила его и отдельно перечислила, что ещё предстоит проверить.
После разговора она убрала комнату. Снимок Инессы, выбор андроида и незаконченная работа оставались доступны без стола и расстояний между ними.
Музыкальную запись она нашла сразу.
Линь включила звук. Для него захотелось вернуть знакомые ощущения; она выбрала их и устроилась в кресле, которого минуту назад не существовало.
В илвенском дворе начиналась длинная пауза перед следующей частью. Линь оставила её целиком.