Инесса приготовила для встречи четыре места и только потом заметила, что в списке гостей стояло одно имя.
Орен прислал размеры площадки и описание прохода. Изображение показывало несколько живых частей, соединённых упругими тяжами. Две находились ближе к поверхности, другие поднимались выше. На общей схеме они занимали пространство, в котором могли бы разместиться несколько посетителей.
Она вернулась к заявке.
В ней по-прежнему был один гость.
На девятом месяце после переноса Линь общие проекты в районе Сводов уже сводили Инессу с людьми, которых она прежде знала только по сообщениям. Сегодня предстояло подготовить небольшую встречу служб, работающих с поселениями.
Орен представлял одну из соседних цивилизаций селантов. Его государство вошло в Федерацию, сохранив собственные миры. Он приехал из местного представительства.
Инесса отправила вопрос о посадочных местах.
Ответ пришёл короткий: «Одно широкое. Лучше без перегородок».
***
У входа она сначала увидела нижнюю часть его тела.
Дальше появилось ещё одно движение, выше — третье. Живые тяжи сохраняли связь между частями и меняли изгиб, пока Орен проходил через дверь.
Он остановился перед Инессой.
— Здравствуйте. Здесь можно развернуться?
Она показала свободную площадку.
Две опорные части сместились в стороны. Верхняя повернулась к стене, затем вернулась. Остальные изменили положение вместе с ней; соединения оставались целыми.
— Подойдёт, — сказал он.
Инесса убрала подготовленные отдельные стулья.
— Я сначала не поняла, сколько мест понадобится.
— Часто считают по видимым частям.
— Они все принадлежат тебе?
— Это моё тело. Я селант.
Он придвинул одну часть к рабочей поверхности. Другая продолжала опираться возле входа.
Инесса посмотрела на соединяющий их тяж и заметила, как по нему проходит движение.
— Я вижу, что они связаны. Но в записи это выглядело как несколько существ рядом.
— Связь нужна для общей нервной системы. Ты разговариваешь с одним существом.
Она проверила выбранное обозначение и оставила его имя рядом с одним местом.
***
Орен занимался размещением общих служб в представительстве.
Сегодня он принёс сведения о доступных помещениях и хотел посмотреть, как люди пользуются подготовленным залом. Встреча должна была пройти без необходимости каждого гостя менять привычный способ общения.
У стены уже находилась широкая опора. Инесса освободила вокруг неё пространство.
Орен попробовал разместиться. Одну часть оставил ниже, другую поднял над рабочей поверхностью. До двух приборов он мог дотянуться сразу.
— Тебе удобно отвечать отсюда? — спросила она.
— Да.
— А оттуда ты тоже слышишь?
Он повернул часть, которая оставалась ближе к двери.
— Я слышу и оттуда. Отвечаю тебе я.
Инесса заметила, что в её вопросах уже появились разные собеседники, хотя имя она знала.
— А если я обращусь к этой части?
— Услышу. Но не обязательно повернусь к тебе всем телом. Сейчас одна часть придерживает опору.
Он освободил её и снова занял удобное положение.
Инесса поставила устройство перевода так, чтобы оно не перекрывало живую связь. Раньше выбирала место по высоте человеческого лица. Теперь спросила Орена, откуда удобнее пользоваться управлением.
***
Пока проверяли зал, он показал небольшую запись одного из своих домашних помещений.
Там опоры находились на разных высотах. Между ними оставались открытые промежутки, через которые проходили соединённые части тела. Рабочую поверхность можно было обойти, не меняя положения всех частей сразу.
— У вас нет обычных отдельных кресел?
— Есть разные. Это моё помещение. Я так его устроил.
Орен передвинул изображение.
Возле окна находилось низкое место, почти пустое. Оно не походило на рабочий участок.
— А здесь?
— Здесь отдыхаю. Иногда меняю расположение. После этой поездки, наверное, снова поменяю.
— Почему?
— Надоело, что всё, чем часто пользуюсь, находится с одной стороны.
Инесса посмотрела на широкую опору в их зале. Для неё это было специальное приспособление. Для Орена оно могло оказаться просто неудобной мебелью.
Он попросил оставить ещё немного места сзади.
Она передвинула соседний стол. Орен устроился свободнее и поблагодарил.
***
В записи встреча была обозначена как работа с представителями Федерации.
Инесса спросила, какую часть проекта он мог согласовать сам.
— Помещения и порядок использования нашего участка. За другие службы отвечают их сотрудники.
— Ваши миры тоже пришлось оставлять?
— У нашего государства они сохранились. Мы принимали переселенцев и участвовали в перевозках. В Федерацию вступили уже вместе с этой работой.
Он показал несколько связей с соседними поселениями. Среди них были места, для которых представительство выделяло постоянных сотрудников.
— Тогда у вас другая память о тех годах, — сказала Инесса.
— У меня — своя. И у тех, кто приехал, своя.
Она рассказала о людях, которые помогали Сводам обустраивать новые помещения. Некоторые возвращались к прежним схемам, другие меняли их ещё до строительства.
Орен посмотрел на зал.
— Мы сейчас тоже меняем. Но когда уйду, это место останется вашим. Поэтому я спрашивал, можно ли отодвинуть стол.
Инесса оставила новое положение в подготовке встречи. Люди ещё могли пользоваться своим участком, а между ним и опорой Орена появился широкий проход.
***
Разговор о теле вернулся, когда он переносил свои устройства.
Две части работали возле разных краёв поверхности. Инесса следила то за одной, то за другой и вспомнила Астера.
— Я знаю существо с несколькими отдельными телами. У него тоже одно сознание.
Орен оставил предмет на столе.
— Эти тела соединены?
— Физически — нет. Он может находиться в разных местах. Мы пока не понимаем, как именно сохраняется его существование.
— У меня части живые и связаны общей нервной системой. Когда они движутся, движусь я. Твоему знакомому этого объяснения, видимо, недостаточно.
Инесса посмотрела на тяжи.
— Я сначала хотела назвать это похожим.
— В чём-то можно сравнить. Но у меня такое тело с самого начала жизни. И оно помещается здесь.
Она улыбнулась.
— А он целиком не поместится.
— Тогда для следующего гостя придётся выбирать другой зал.
Инесса рассказала, почему это тоже не помогло бы. Орен некоторое время молчал, затем попросил оставить размеры в понятных ему обозначениях.
Ему было интересно, но готового объяснения природы Астера у него не появилось.
***
Позднее Инесса отправила Линь разрешённое описание встречи.
Написала о стульях, общей нервной системе и о том, что Орен просил разрешения переставить человеческий стол.
Линь ответила после своей работы. Ей всё ещё предстояло завершить обязательный год в Континууме; виртуальное тело продолжало действовать, хотя с частью данных она уже обходилась без изображений.
«Мне хочется сравнить его тело с носителем. Но для него оно живое с самого начала. Я выбрала другое существование после целой прежней жизни».
Инесса передала этот вопрос Орену. Он разрешил сохранить их разговор для дальнейшей встречи.
— Вы сможете спросить сами, — сказал он. — Часть описания я бы изменил, если она начнёт с устройства. Я сначала думаю о том, что мне удобно делать.
Инесса записала это вместе с его словами о домашнем помещении.
***
Перед началом общей встречи она прошла по залу ещё раз.
На широкой опоре Орен уже расположил несколько частей. Одной придерживал рамку со схемой зала, другой поправлял устройство перевода. Инесса принесла отдельный пульт управления изображениями и остановилась перед ближайшей частью.
— Орен, сюда удобно?
Он протянул к ней ту часть тела, которая находилась дальше, и принял предмет.
— Лучше сюда. Тогда проход останется свободным.
Она положила рядом приготовленные материалы.
В зал вошли первые участники. Один посмотрел на опору и спросил, все ли гости из представительства уже здесь.
— Орен приехал один, — ответила Инесса.
Тот назвал своё имя и обратился к нему. Орен переставил две части, освободил место возле поверхности и продолжил разговор.
Инесса села рядом. Во время его ответа движение прошло по нескольким частям тела; она слышала одного собеседника и уже не пыталась определить, какая из них говорит за остальных.