Первой из темноты выделилась ближайшая планета.
В гравитационном восприятии она давно была отдельным телом, но теперь Астер мог рассмотреть её иначе. Слабое тепловое излучение позволило различить поверхность, испещрённую перепадами температур. Под толщей холодного камня ещё сохранялось тепло. У нескольких протяжённых разломов оно подходило ближе к поверхности.
Следом открылись остальные миры.
Шесть каменистых планет двигались вокруг чёрной дыры. Их орбиты лежали не совсем в одной плоскости. Два внешних тела сопровождали небольшие спутники; между орбитами встречались обломки. Обычной звезды здесь не было.
Масса центрального объекта составляла примерно четыре с половиной солнечные массы.
Астер несколько раз уточнил оценку. Затем сопоставил её с собственной.
Путешествующее тело было тяжелее.
Он уже извлекал вещество из созданной им чёрной дыры, но здешняя возникла без его участия. Возможность повторить прежний опыт казалась вероятной. Проверять это сразу всем телом он не стал.
Астер отделил массу, приблизительно равную земной.
Новое тело возникло рядом. На мгновение восприятие раздвоилось ещё раз: далёкое Солнце, массивный путешественник и маленькая сингулярность возле него. Астер удержал последнюю в стороне, проверил управление и направил к центральной дыре.
Сближение он замедлял сам.
Планеты оставались позади. Всё более крутое распределение гравитации занимало восприятие малого тела. Астер продолжал отмечать его положение, пока привычное ощущение собственного присутствия внезапно не исчезло.
Он остановил остальные действия.
Боли не было. Осталась неприятная пустота, словно он потянулся за давно привычной вещью и обнаружил, что места для неё больше нет.
Несколько мгновений Астер пытался вернуть ощущение.
Затем появилась запись.
[Поглощение невозможно.]
[Масса поглощающего тела должна быть не меньше массы поглощаемой чёрной дыры.]
[Отделённое тело утрачено.]
Астер перечитал вторую строку.
Общая масса здесь не учитывалась. Далёкое тело в Солнечной системе ничем не могло помочь малому, а передать ему достаточно вещества после исчезновения было уже невозможно.
Центральная дыра стала тяжелее на отправленную в неё массу.
Он сохранил результат опыта. Неприятное ощущение постепенно ослабло, но создавать следующего маленького разведчика для такой же проверки больше не хотелось.
Вместо этого Астер двинул основное тело.
Он заранее начал менять гравитационное поле возле планет. Прежний центр ещё существовал, но приближение второй крупной массы уже нарушало их движение. Приходилось одновременно сдерживать сближение и поправлять воздействия на ближайшие миры.
Последние мгновения не дали ему рассмотреть внутреннее устройство чужой дыры.
Привычная граница собственного тела изменилась. Центральная масса перестала ощущаться отдельным объектом; её место заняло продолжение самого Астера. Процесс оказался коротким, а различить его отдельные стадии он не успел.
На этот раз ничего не оборвалось.
Ощущение массы стало иным — настолько, что Астер некоторое время просто сопоставлял его с прежним.
[Задание «Возвращение величия»: достигнуть суммарной массы десяти Солнц — выполнено.]
[Награда: легендарный улучшитель навыка.]
[Разблокирована функция «Анализ».]
[Следующая цель: суммарная масса ста Солнц.]
Вместе с оставленным у Земли телом у него было около десяти целых трёх десятых солнечной массы.
Погибший разведчик не прибавил ничего к этому итогу: его вещество лишь вернулось вместе с поглощённой дырой.
***
Планеты требовали внимания раньше новой награды.
Теперь в центре находилось больше девяти солнечных масс. Если просто предоставить миры самим себе, прежние траектории заметно изменятся. Астер ослабил своё воздействие на них до привычной для каждой орбиты величины, проверил движение и только тогда открыл анализ.
Первым вопросом стало происхождение системы.
Он передал функции накопленные наблюдения и почти сразу получил перечень того, чего в них не хватало.
Неизвестен возраст поверхностей. Недостаточно данных о составе глубинных слоёв. Не установлено, сформировались ли планеты здесь или оказались на нынешних орбитах позднее.
Однозначного ответа не было.
Астер попробовал более узкий запрос: определить, какие измерения помогут различить возможные варианты.
На этот раз результат оказался длиннее.
Анализ связал предположения с признаками, которые следовало искать. Для одних требовались образцы вещества, для других — точная история движения, восстановить которую по короткому наблюдению было нельзя. Часть вариантов пока оставалась практически неразличимой.
Это было полезнее выдуманного ответа.
Астер выбрал ближайшую планету и попросил сопоставить её массу, размеры и доступное излучение.
Перед ним появилась модель с несколькими допустимыми внутренними устройствами. Когда он добавил более подробное измерение распределения массы, часть вариантов исчезла. Там, где точности не хватало, функция оставляла диапазоны.
Она работала с тем, что он сумел узнать.
Астеру понравилось, что теперь не приходилось каждый раз заново выстраивать порядок проверки. Однако получить недостающие сведения всё равно предстояло ему самому.
Легендарный улучшитель он пока оставил в запасе.
***
За последующие месяцы система начала меняться.
Астер решил сохранить её для опытов. Шесть безжизненных на вид каменистых миров позволяли изучать вещество в количествах, недоступных земным лабораториям. При этом до чужих обитаемых планет было далеко, а торопиться с возвращением на прежний маршрут не требовалось.
Он начал с самой внутренней орбиты.
Перемещать планету одним резким воздействием было неудобно. Разные части большого тела получали бы разное ускорение, и опыт мог закончиться раньше, чем он устроит место для него. Астер распределял воздействие по объёму, постепенно менял движение и следил за возникающими напряжениями.
Первую планету он подвёл ближе к центру. Затем занялся второй.
Они должны были двигаться на одинаковом расстоянии от него, но в разных участках общей орбиты. Астер выбрал радиус, при котором все шесть миров помещались в пределах наиболее ограниченного из нужных ему навыков контроля.
Одного равного промежутка между планетами оказалось недостаточно.
При пробном расчёте возникало медленное сближение двух соседей. Причиной были различия масс и воздействия остальных тел. Астер изменил распределение гравитации и повторил проверку. Затем обнаружил, что один из спутников пересекает область, предназначенную для другой планеты.
Спутники получили отдельные безопасные траектории. Часть обломков он собрал, остальные отвёл от будущей лаборатории.
Постепенно вместо шести прежних орбит появилась одна общая, с далеко разнесёнными по ней мирами. Её поддерживала созданная Астером конфигурация гравитационного поля. Он закреплял изменения участками, возвращался к уже обработанным и проверял, не испортило ли очередное исправление предыдущий результат.
Несколько раз пришлось начинать расчёт заново.
Особенно мешало то, что он всё ещё оставался слишком массивным центром для окончательной схемы.
Астер разделился.
В середине системы осталось тело массой в одно Солнце. Большую часть вещества он отвёл за пределы планетного кольца, постепенно убирая её влияние из расчёта. Центральное тело стало третьим постоянным местом его присутствия.
После этого понадобились новые поправки.
Он не мог приказать закреплённому изменению самостоятельно разбираться с любым будущим возмущением. Оно сохраняло заданные свойства. Поэтому Астер выбрал условия с запасом, наблюдал движение и оставил себе перечень отклонений, которые следовало проверять при каждом возвращении внимания.
Лишь когда последовательные наблюдения перестали показывать опасное расхождение, он счёл подготовку законченной.
Планеты оставались тёмными.
Создавать здесь подобие Солнца он пока не собирался. Для первых опытов ему хватало холодных поверхностей, внутренних источников тепла и возможности менять условия на отдельных участках.
На одном из миров Астер выбрал неглубокую впадину. Переместил туда несколько образцов из разных слоёв коры и отметил их положение.
Это было всё, что он успел сделать до нового переключения к Земле.
Там прошло уже несколько месяцев, но очередная порция доступных научных публикаций оказалась гораздо больше, чем он ожидал.
***
Астер мог уйти дальше одним телом.
Теперь такая мысль казалась расточительной.
По дороге встречались звёзды, мимо которых он проходил, потому что не хотел менять направление. Оставались неразобранные скопления масс, планеты без достаточных наблюдений, системы, заслуживавшие хотя бы короткой остановки.
Он начал отделять разведчиков.
Каждому доставалась масса примерно с Землю. На фоне оставшихся запасов это было немного: даже тысяча таких тел требовала лишь около трёх тысячных солнечной массы.
Первые маршруты он назначил по уже составленной карте.
Одно тело пошло к близкой паре звёзд. Другое — в область, где световые наблюдения плохо согласовывались с распределением массы. Ещё несколько направились вдоль выбранного пути к центру Галактики.
Когда число разведчиков выросло, Астер попытался заняться сразу несколькими наблюдениями.
Он начал сравнивать структуру звезды, переключился на траекторию другого тела и обнаружил, что перестал следить за первым измерением. Полученные сведения сохранялись, но законченного исследования не было ни там, ни здесь.
Он повторил попытку с более простыми задачами.
Получилось лучше — до тех пор, пока в Солнечной системе не понадобилась поправка потока вещества. Вернувшись к разведке, Астер решил изменить порядок работы.
Большинству тел пока хватало продолжения заданного движения. Сложное измерение он проводил там, куда обращал внимание. Остальные оставались местами его присутствия, а не тысячей отдельных исследователей с собственными решениями.
Даже так возможностей стало несравнимо больше.
Несколько направлений уходили за пределы Галактики.
Он выделил разведчиков для Магеллановых Облаков и для Андромеды. Последний маршрут особенно задержал его внимание: оттуда когда-то пришёл корабль с мёртвыми пассажирами.
При доступной ему скорости путь измерялся десятками тысяч лет. Астер отметил срок, проверил направление и всё равно отправил тело.
Оно пользовалось привычным искривлением пространства. В подпространство он пока не входил и не считал сведения из чужого двигателя собственным опытом.
Тысячный разведчик отделился последним.
Астер проверил оставшуюся массу путешествующего тела — около восьми целых трёх десятых солнечной — и вновь направил его к центру Галактики.
В тёмной лаборатории шесть планет продолжали движение вокруг оставленной сингулярности. Возле Земли газовая оболочка излучала привычный свет. Разведчики расходились по своим маршрутам.
Пока расстояния между ними были невелики по галактическим меркам.
Но теперь, выбирая очередное направление, Астеру всё реже приходилось отказываться от остальных.