Самир Хаддад понял, что останется, когда перестал искать свободное место в обратном корабле для своего ящика.
Ящик мешал в проходе уже третий день. Его переносили от одной стены к другой, пока Рина Окамото не велела закрепить его в мастерской.
— Здесь?
— Ты собираешься ремонтировать оборудование или каждый раз доставать инструмент из багажа?
Самир посмотрел на открытые крепления.
— Здесь.
За окном жилого модуля лежало чужое побережье.
Волны доходили до тёмных камней и отступали. Дальше тянулась полоса грунта, обследованная автоматами задолго до посадки. Красивый пейзаж не делал атмосферу безопасной: выходить предстояло в защитном снаряжении, а воздух жилых помещений проходил через собственные системы.
Поселение назвали «Берег».
Орбитальный узел над планетой уже принимал грузы. На поверхности оставались запасные источники питания, материалы и оборудование, без которого первая серьёзная поломка могла закончить всё предприятие.
Полной независимости от Земли не было.
Зато в программе больше не стояла дата, к которой все должны покинуть планету. Экипажи могли меняться. Кто-то вернётся раньше, кто-то позже. Само поселение должно было продолжить работу.
Корабль доставки готовился к отлёту.
Рина прошла по жилым помещениям с последней сверкой груза. У двери мастерской остановилась.
— Ничего не забыл отправить?
Самир оглядел закреплённый ящик.
— Теперь уже нет.
О начале постоянного проживания Земля узнала из сообщения, привезённого возвращавшимся кораблём. Обычный радиосигнал с тем же известием ещё долго шёл между звёздами.
***
После первых быстрых проходов Астера в подпространстве миновало четыре года.
Перенос техники на тяжёлое тело занял месяцы.
Сначала он повторял только подготовительные воздействия. Собственная масса сильнее меняла окружение, и условия, работавшие у малого разведчика, не удавалось перенести простым увеличением масштаба.
Первый короткий проход прошёл успешно. Следующий завершился заметным отклонением от расчётного выхода.
Астер разобрал ошибку прежде, чем продолжить.
Постепенно маршрут основного тела начал состоять из длинных подпространственных участков и остановок возле выбранных объектов. Возвращение в обычную Вселенную больше не означало, что следующие годы снова уйдут только на дорогу.
Он изменил и отношение к росту массы.
Разведчики давно отмечали чёрные дыры, к которым прежде пришлось бы делать большой крюк. Теперь некоторые находились достаточно близко к новому пути. Астер мог проверить их, прибыть массивным телом и продолжить движение.
Первый выбранный объект имел около семи солнечных масс.
Основное тело было тяжелее, и правило поглощения выполнялось заранее. Астер не отправлял внутрь маленького разведчика. Тот остался снаружи, наблюдая сближение.
После поглощения путешествующая сингулярность превышала пятнадцать солнечных масс.
Следующий подходящий объект был тяжелее первого, но уже легче самого Астера: около двенадцати Солнц.
Он поглотил и его.
Суммарная масса всех тел приблизилась к 29,3 солнечной массы. Учитывать приходилось именно сумму: солнечное тело, лабораторию и разведчиков Астер не прибавлял повторно к тому, что уже было записано.
До следующего задания оставалось далеко.
Однако теперь он видел способ добраться до него без десятилетий ожидания возле каждой звезды.
***
На Земле физика гравитационного управления тоже перестала ограничиваться разбором чужих приборов.
Линь Юэ смотрела запись опыта, в котором маленький образец отклонялся от расчётного движения.
Его заряд проверяли отдельно. Магнитные влияния меняли и исключали. Эффект сохранялся при условиях, где привычное объяснение переставало работать.
Это было отталкивание, согласовавшееся с новой гравитационной моделью.
Получить его удалось на малом участке и ненадолго. До щита, способного надёжно защищать корабль на большой скорости, оставалось множество задач. Но теперь инженеры могли строить программу испытаний вокруг измеренного эффекта.
Рядом обсуждали другие двигательные установки.
Термоядерные корабли дали людям больше свободы внутри систем. Для приближения к скорости света требовались совсем другие запасы энергии, ресурс и защита. Проекты уже опирались на расчёты, которые можно было проверять по частям, а не только на желаемый итог.
Линь закрыла отчёт.
Новые знания позволили уточнить старый вопрос о Солнце.
Группа лучше понимала, какие следствия оставляет управляемое изменение гравитации. Несколько особенностей центрального объекта стали особенно интересными именно после того, как удалось сравнить их с ограниченными лабораторными аналогами.
Это ещё не доказывало наличие личности.
Но попытка обращения теперь имела подготовленную программу, понятные условия проверки и наблюдателей, которые знали, что искать.
***
— Мы по-прежнему не можем обещать, что отсутствие ответа что-нибудь опровергнет, — сказал Ахмед Нассер.
— Это записано в первом разделе, — ответила Линь.
На столе лежал короткий текст. Рабочих приложений к нему было гораздо больше.
Передачу должны были повторить несколько раз в заранее выбранных диапазонах. Начальная последовательность позволяла настроить приём. Затем шли описание формата, проверяемый запрос и человеческое обращение.
Группа не знала, существует ли там слушатель и что ему известно. Поэтому разные части сообщения дополняли друг друга.
Если удастся получить ответ, следующий запрос будет содержать новые данные, выбранные после первого. Это помогло бы исключить простую запись, заранее подготовленное эхо и часть возможных подделок.
— Автоматика тоже может преобразовать последовательность, — заметил Нассер.
— Поэтому первый ответ подтвердит только способность принять и обработать её. До выводов о собеседнике дойдём отдельно.
— Если дойдём.
Линь отодвинула последнюю страницу.
— Если дойдём.
Проверку земных помех поручили другой группе. Несколько приёмников должны были независимо определить направление и время прихода возможного сигнала. Исходные записи собирались сохранять целиком, включая то, что в обычной работе сочли бы мусором.
Спор дольше всего шёл о человеческой части текста.
Одни предлагали сразу перечислить вопросы о происхождении объекта. Другие хотели начать с благодарности. Кто-то настаивал, что любое обращение может быть воспринято неправильно.
В результате Линь оставила несколько простых фраз.
Земля сообщает, что умеет принимать сигнал. Просит подтвердить получение предложенным способом. Готова продолжить общение.
Отправление назначили после завершения очередной проверки оборудования.
Накануне один из приёмных пунктов прислал сообщение о неподходящей помеховой обстановке.
Нассер предложил перенести сеанс.
— Мы можем работать без него, — возразил координатор сети.
— Можем. Но именно этот пункт даёт нам независимую проверку по другой аппаратуре. Его включили не для красивого списка.
Время изменили.
Линь убрала из текста последнее служебное пояснение, которое при передаче ничем не помогало получателю. Затем попросила коллегу прочитать сообщение, не заглядывая в приложения.
Он неправильно понял одну фразу.
Её переписали.
За годы работы они привыкли к словам, смысл которых внутри группы казался очевидным. В обращении к неизвестному существу эта привычка оказалась плохим помощником.
После повторной проверки текст стал короче.
Нассер вернул его Линь.
— Если он давно читает наши передачи, мы сейчас выглядим довольно забавно.
— Тогда он поймёт и это.
— А если нет?
— Тогда простое начало пригодится.
Утром они пришли раньше назначенного времени. Новых замечаний не было. Прежде чем подтвердить готовность, Линь посмотрела на живое изображение солнечной оболочки.
За пределами помещения начинался обычный рабочий день. Пока никто не знал, появится ли к его концу причина вспоминать эту дату.
***
Астер узнал о подготовке из открытого объявления наблюдательной программы.
Подробного текста там не было.
Он мог бы поискать больше сведений в доступных передачах, но в этот момент основное тело завершало очередной участок пути, и внимание требовалось там.
В лаборатории тоже накопилась работа. Один образец изменился за время отсутствия не так, как ожидалось. Возле старой планеты новых оснований для уверенного вывода о прежней системе не появилось.
Астер разобрал ближайшие задачи и вернулся к солнечному телу.
Передача уже шла.
Она отличалась от обычного потока сообщений повторением и направлением. Астер выделил последовательность, восстановил формат и прочитал текст.
Люди обращались к тому, что считали возможным источником управления центральным объектом.
К нему.
Он перечитал обращение целиком.
В нём не утверждали, что точно знают его природу. Не требовали объяснить устройство Солнца. Просили выполнить простое действие с переданными данными, если сообщение понято.
Астер проверил предложенную операцию.
Результат не требовал больших вычислений. Сложнее было выбрать способ ответа, который люди смогут отделить от собственного отражённого сигнала и естественного излучения.
Нужный формат они описали сами.
***
Он подготовил короткий пакет и пока не отправил его.
Приходилось учитывать солнечную оболочку, направление на приёмную область и требуемую мощность. Умение воспринимать радиопередачи не делало любую его собственную передачу автоматически удобной для человеческой аппаратуры.
Астер выбрал свободную область в пределах контроля, сформировал слабый проверочный сигнал в стороне от Земли и проследил его свойства.
Затем изменил несколько параметров.
Это не было новой технологией для него. Электромагнитным воздействием он пользовался давно. Но прежде ему не требовалось отвечать незнакомому собеседнику так, чтобы тот мог проверить каждую часть сообщения.
Он представил, как люди увидят результат.
Вначале они наверняка повторят запрос. Потом попробуют изменить условие. Затем начнут спрашивать уже о нём самом.
Имя у него было.
Объяснение собственной природы — гораздо менее полное.
Астер открыл их обращение ещё раз и посмотрел на последнюю фразу: «Мы готовы продолжить обмен».
Он не обещал себе долгого разговора. Но оставлять запрос без ответа теперь не хотелось.
Пакет был готов.
Астер направил его к Земле.