Навык стоил пять сотых солнечной массы.
Астер ещё раз прочитал описание и выбрал для оплаты основное тело. Его масса немного уменьшилась. В списке появилась новая запись.
[Изменение горизонта событий.]
[Редкость: легендарная.]
Первое ощущение не походило на знакомый контроль гравитации.
Он мог воздействовать на границу собственного тела там, где прежде лишь учитывал её существование. Но доступная возможность не сопровождалась готовым знанием всех безопасных состояний.
Астер начал с небольшого изменения.
Привычное соответствие между массой и свойствами горизонта нарушилось. Внешняя картина изменилась не так, как при простом добавлении или извлечении вещества.
Он вернул исходные условия.
Затем повторил действие медленнее.
Это действительно было то вмешательство, которого не давало обычное ослабление притяжения возле прибора. Оно затрагивало саму границу, а не только условия движения снаружи.
Предположение о возможности замедлить испарение теперь можно было проверить.
***
Астер создал ещё одно тело земной массы.
Доставивший планету разведчик остался возле мастерской. Новое тело предназначалось для опыта. Всё выделенное вещество было вычтено из основного; количество мест присутствия увеличилось, общий запас — нет.
Сначала Астер настроил горизонт большого, устойчивого тела.
Потом начал уменьшать его массу.
Извлечённое вещество он собирал и возвращал основному телу, не оставляя возле зонда ненужный запас. После каждого этапа останавливался и проверял состояние экспериментальной сингулярности.
Так прошли недели.
Одна выбранная конфигурация оказалась неудобной: при уменьшении массы параметры уходили от нужных быстрее, чем он ожидал. Астер прекратил извлечение, восстановил более массивное состояние и вернулся к настройке.
В следующем варианте результат держался устойчивее.
Он сравнивал расчётный темп потери массы с измеренным. На малых величинах различие стало особенно заметным. Тело, которое без нового воздействия должно было исчезнуть почти сразу, продолжало существовать.
Наконец оставшаяся масса приблизилась к тонне.
Астер не отвлекался.
Рядом шёл независимый отсчёт времени на испытательном блоке. Он следил за излучением, состоянием горизонта и темпом потерь. Через несколько минут прекратил уменьшение и добавил вещество обратно.
Опыт ещё не доказал, что конфигурация выдержит всё путешествие.
Зато позволил рассчитать следующий шаг по наблюдениям, а не по надежде.
***
Три часа.
Такой срок давала проверенная конфигурация для тонного тела при сохранении выбранных условий. Это был конечный срок, а не полное отключение излучения.
Астер увеличил массу после очередной короткой проверки. Оставлять тело маленьким на всё время подготовки не требовалось. Перед отправлением он снова доведёт его до нужного состояния.
Зонд ожидал рядом с мастерской.
Он прошёл ещё несколько внешних испытаний. Астер закрепил запись исходных параметров и добавил простые метки, позволяющие сопоставлять события на разных приборах.
Часы должны были показывать собственный ход времени вдоль пути зонда. Связывать их показания с внешним отсчётом предстояло отдельно. Рядом с чёрной дырой одинаковые цифры на двух шкалах нельзя было считать гарантированными заранее.
Он подготовил внешнюю запись со стороны оставшегося тела.
Перед последней серией Астер разнёс несколько контрольных блоков по разным расстояниям от малого тела.
Он хотел увидеть, не достигает ли удобного срока существования ценой условий, которые уничтожат зонд ещё до отправления. Недостаточно было сохранить сингулярность, если рядом нельзя удержать работающий прибор.
В первом расположении один блок перегрелся.
Астер изменил дистанцию, повторил измерение и проверил, как новый выбор скажется на считывании. Затем добавил пробное изменение движения: неподвижное соседство было лишь частью будущего опыта.
Он не искал единственное красивое расстояние, которое можно назвать безопасным навсегда. Ему требовалась область допустимых условий и понимание того, как заметить выход за её пределы.
Постепенно такая область появилась.
В ней прибор работал достаточно долго, а Астер успевал различать начинающиеся отклонения. Он сохранил не только удачные значения, но и ближайшие неудачные: именно они показывали, где придётся прекращать привычную последовательность.
После проверки он снова увеличил массу опытного тела и вернулся к сборке.
Солнечная оболочка потребовала короткой поправки. В старой лаборатории завершилось давно оставленное наблюдение за медленным охлаждением породы. У одного разведчика изменился удобный участок маршрута.
Астер разобрал эти задачи прежде, чем снова заняться отправлением.
Внутренний опыт не должен был начинаться одновременно с работой, которую он не мог спокойно оставить. Огромной вычислительной мощности было достаточно для расчётов, но навык удерживать сложные действия в разных местах всё ещё отставал от количества доступных тел.
Внутреннюю запись Астер должен был вести через сопровождающее тело, считывая приборы поблизости. Обычный радиосигнал из-за горизонта не обещал вернуться.
Последняя проверка выявила повреждённый контакт.
Астер исправил его и заново провёл весь короткий цикл. Только после этого убрал лишние удерживающие воздействия.
Прибор продолжал работать.
***
На Земле Ахмед Нассер получил ответ на вопрос, отправленный несколькими днями раньше.
Астер сообщил, что сейчас исследует другую чёрную дыру.
Места в короткой строке не было.
Нассер передал запись Линь Юэ.
— Он учёный?
— Он проводит исследования. Это мы теперь знаем.
— Или так описывает своё занятие.
Она кивнула и добавила ответ к остальным сведениям.
После первых разговоров группе приходилось отдельно следить за языком собственных выводов. Слова Астера были источником информации, но не заменяли наблюдений. При этом отвергать всё, что они пока не могли проверить, тоже было бы странно.
Линь подготовила новый вопрос: сопоставляет ли он результаты своих исследований с человеческими моделями?
Отправила и вернулась к работе.
Астер увидел сообщение позднее. Начинать ещё один разговор перед опытом он не стал.
***
Тонное тело двигалось рядом с зондом.
Собственное воздействие на прибор было гораздо меньше, чем у землемассного сопровождающего. Оставшиеся различия Астер измерил заранее и включил в запись.
Стрелец A* занимал всё большую часть доступной картины.
Он постепенно менял гравитационные условия возле опытного тела и прибора, стараясь уменьшить различие темпа времени с внешним наблюдением. Привычное слово «притяжение» здесь уже было слишком грубым: нужно было следить не только за движением, но и за показаниями часов.
Поправки не делали всю область плоской и обычной.
Астер сравнивал последовательности импульсов, проверял нагрузку на конструкцию и продолжал приближение. Оставленное снаружи тело фиксировало всё, что ещё можно было наблюдать внешним способом.
Один датчик на зонде вышел за прежний рабочий диапазон.
Он не сломался. Измеряемая величина просто перестала помещаться в шкалу, выбранную при подготовке. Астер сохранил момент и перешёл к другому блоку.
Возвращать прибор ради удобной записи было уже незачем. Основные системы продолжали работать, а опыт не обещал заранее измерить всё.
Граница приблизилась.
Астер удерживал внимание на малом теле, пока связь внешних наблюдений с его собственными ощущениями становилась всё менее удобной.
Затем он оказался за горизонтом.
***
Связь с остальными телами сохранилась.
Это было первое, что он проверил.
Зонд находился рядом. Его часы продолжали отсчёт, память принимала новые записи. Астер считывал состояние непосредственно, не ожидая сигнала, который должен был бы выбраться наружу.
Он не увидел ни стены, ни поверхности, на которую можно было бы оглянуться.
Зато появились световые события, не укладывавшиеся в прежнюю картину.
Фотоны возникали и исчезали. Одни удавалось проследить лишь на коротком участке. Другие появлялись там, где он не успевал определить источник.
Похожее Астер уже видел в подпространстве.
Он сохранил сходство как наблюдение, но не стал объявлять две области одним и тем же местом.
Попытка изменить движение дала ещё более странный результат.
Выбранное направление не приводило к ожидаемому изменению положения. Зонд сместился относительно него, хотя приложенное воздействие не объясняло этого смещения. Следующая поправка снова изменила картину.
Астер остановил последовательность команд, вернулся к записи последних мгновений и попытался восстановить путь.
Единой траектории не получалось.
Он проверил приборы. Часть расхождений была настоящей, а не следствием отказа. Значит, привычного восприятия не хватало, чтобы понять, через что именно они двигались.
***
Астер обратился к магазину, используя внимание оставшегося снаружи тела.
Нужная возможность нашлась быстро.
[Контроль и восприятие пространства.]
[Редкость: обычная.]
[Стоимость: 0,2 солнечной массы.]
Он оплатил её из основного тела.
На этот раз не было времени на долгую подготовку маленьких опытов. Однако Астер не пытался сразу перестроить окружение. Сначала ему требовалось увидеть то, чего до сих пор не различали прежние навыки.
Новая картина появилась возле малого тела.
Её хватало лишь для ограниченной области. Вся внутренность гигантской дыры не открылась ему разом.
Но и увиденного оказалось достаточно, чтобы он перестал двигать зонд по прежнему расчёту.
Пространство было разорвано.
Области, которые в обычном представлении должны были соседствовать, соединялись иначе. Привычная последовательность расстояний не описывала доступные переходы. Астер пытался удержать одну связь, а она уже смещалась, меняя положение относительно следующей.
Он сопоставил это с показаниями часов.
Временные интервалы тоже не складывались в ровную шкалу. По разным участкам запись расходилась так, будто само течение времени менялось хаотично.
Астер заново определил ближайшее окружение зонда.
Теперь он видел, почему прежние команды не приводили туда, куда он собирался.