На ремонтную базу С-1 вернулся беспилотный аппарат с Дальнего. На его оболочке темнели мелкие следы ударов пыли. Техник снял накопитель, проверил, не повреждена ли запись, и передал сведения Елене.
Самир всё-таки наладил передачу с поверхности. Пакет, которому исполнилось три недели, содержал грузовые ведомости и запросы чужих ремонтников. Возле трёх повторяющихся названий стояла приписка: «У нас таких машин нет».
Елена открыла изображения кораблей, снятые разведчиками. После пересчёта местного времени Дальнего в корабельное стало видно: запросы приходили перед посещениями одного и того же транспорта.
Со дня задержания исследовательского корабля «Север» прошло уже шестнадцать месяцев. Его восемнадцать членов экипажа оставались в плену, Дальний — под чужой властью. Корабли Елены нуждались в ремонте, а людей и оборудования для освобождения поселения пока не хватало. Теперь у неё появилась цель, до которой можно было добраться имеющимися силами.
Транспорт Директората привозил на орбитальную станцию запасные части, а увозил неисправную технику. На наружных креплениях были видны повреждённые аппараты. В открытых заявках порта указывали, какой военной службе передают груз; те же обозначения люди уже видели на чужом оборудовании.
Однако одних совпадений было мало. Елена отправила разведчиков проследить ещё один рейс. Они подтвердили, что судно обслуживает именно группу, удерживающую Дальний.
— Нам нужны детали и сведения, — сказала она на разборе. — И уверенность, что перед нами военный транспорт, а не торговец, которому велели привезти груз.
Камаль вывел на карту его последний маршрут.
***
После разгрузки транспорт отходил от станции к месту встречи с кораблём охраны. Несколько часов он шёл один, располагая только собственной защитой.
Самир этого не видел. Он знал, когда поступали заявки и когда грузы увозили из мастерской. Положение охраны приходилось устанавливать по наблюдениям из космоса.
— Здесь сопровождение пришло раньше, — сказал Камаль и выделил один из рейсов. — На сорок минут.
Елена попросила пересчитать план по этому случаю. На нападение, проверку судна и отход оставалось меньше трёх часов.
Раньше они не успели бы занять нужное положение незаметно. Теперь беспилотные наблюдатели заранее передавали изменения маршрута, а отремонтированный корабль прикрытия «Арго» снова мог действовать вместе с «Меридианом».
«Арго» должен был вывести из строя вынесенный ретранслятор транспорта и помешать ему вызвать помощь. «Меридиан», корабль Елены, — повредить двигатели. Стрелять по жилой части она запретила.
Для захвата выбрали три наружных грузовых контейнера. Крепления были знакомы людям по оборудованию орбитальной станции. Снимать их можно было без долгого вскрытия внутренних помещений.
— Если уйдут, не преследуем. Если охрана придёт раньше — бросаем груз, — сказала Елена. — Время отхода одинаково для всех. Никто не остаётся ради последней детали.
Камаль убрал с карты запасные цели. Остались один транспорт, два человеческих корабля и точка, дальше которой погоня теряла смысл.
***
Первый выстрел прошёл мимо.
Чужой транспорт резко изменил курс. Почти одновременно от корпуса отошла защитная установка на длинной опоре. Наблюдатель «Арго» передал её положение, и Елена перенесла огонь.
Второй выстрел разрушил опору. Установка отлетела от судна, увлекая за собой оборванные соединения.
Транспорт выпустил малые боевые аппараты. Один пошёл навстречу «Меридиану», другой повернул к месту, где прежде находился ретранслятор. Тот уже не передавал: аппараты «Арго» успели добраться до него первыми.
Елена продолжала бить по внешним двигательным блокам. Через несколько минут один погас, тяга второго стала прерывистой. Транспорт всё ещё двигался, но быстро уйти уже не мог.
— Остановите двигатели. Отключите оружие. Ваш экипаж будет принят живым.
Требование передали через переводчик. Командир ответил номером своей военной службы и отказом.
Елена отправила ему изображение человеческих аппаратов, заходивших со стороны повреждённого двигателя, и повторила требование.
На этот раз тяга прекратилась.
Сразу подводить людей к корпусу она не разрешила. Камаль запросил отключение наружных боевых устройств. На два пункта чужой командир ответил, что вместе с ними остановится подача воздуха в отсек раненого.
— Тогда вызовите инженера. Пусть покажет другой способ.
Пока шёл перевод, беспилотный захват подошёл к первому контейнеру. Елена смотрела на время. Даже уничтоженный ретранслятор не гарантировал, что предупреждение не успело уйти другим путём.
***
Высадка заняла больше времени, чем бой.
Двое людей проверяли вход в чужое судно, врач ждал за ними. Все оставались в скафандрах. Обозначения возле створки ещё можно было перевести, но само устройство замка приходилось изучать на месте.
Чужой инженер показывал, какие соединения отключить. Сапёр сначала проверял его указания малым прибором и только потом давал разрешение работать.
— Он может вести нас к заряду, — напомнил офицер.
— Поэтому и проверяем, — ответила Елена.
Внутри нашли двенадцать живых членов экипажа. Один получил ранение при повреждении двигателя. Врач остался с ним, пока готовили перенос в изолированный модуль с подходящей для чужих атмосферой.
Командир транспорта требовал признать неприкосновенность судна снабжения.
— Вы обслуживали военную группу, которая заняла наше поселение, — ответила Елена. — Ваш экипаж мы забираем живым. Дальше будут говорить представители сторон.
Снятые контейнеры уже переносили к человеческим кораблям. Для пленных приготовили отдельные помещения; воздух в них поддерживали по показаниям, полученным с транспорта.
Затем наблюдатель обнаружил приближающееся сопровождение.
— Пятьдесят минут до сближения, — сообщил Камаль.
Елена приказала закончить погрузку. Один захват застрял в повреждённом креплении. Оператор предложил выйти и освободить его вручную.
— Бросайте.
Он начал объяснять, сколько понадобится времени, но она повторила приказ. Захват остался на чужом корпусе.
Уходили с двадцатиминутным запасом. На транспорте оставили работающие аварийные системы; двигатели были отключены. Все двенадцать пленных находились на человеческих кораблях.
Только когда стало ясно, что сопровождение не успеет перехватить их до перехода, Елена разрешила передать краткое сообщение на базу С-1.
***
На ремонтной базе контейнеры вскрывали по одному.
Самыми ценными оказались не орудия. Внутри нашлись приводы, элементы охлаждения и запасные устройства для орбитальной станции. Некоторые можно было приспособить к человеческой технике. Для других даже назначение ещё предстояло выяснить.
Запись открытого бортового журнала, скопированная во время высадки, показала несколько последних маршрутов транспорта. Закрытой карты всей державы у людей не появилось.
Елена отправила дипломату Майе Салех сведения о пленных отдельным курьером. Рядом с каждым именем стояли состояние здоровья и потребность в лечении.
На корабле «Меридиан» двое суток спали по очереди. Один техник лечил ожоги, полученные при отключении повреждённого привода; другой составлял список брошенного оборудования. Но в ведомости ремонта впервые за долгое время появились детали, которые действительно лежали на складе, а не ожидались с далёкой Земли.
***
Командующий чужой группой Таар сначала узнал, что транспорт не пришёл на встречу. Подтверждение захвата поступило позднее.
Эсса, отвечавшая за снабжение, показала ему список неисправных аппаратов. Напротив нескольких исчезли даты возвращения в строй.
— Следующая группа не выйдет вовремя, — сказала она.
— Используйте запасные.
Она открыла второй список. Запасные тоже ждали ремонта.
Таар отменил несколько запланированных перемещений. Об охране оставшихся транспортов пришлось говорить заново.
***
Самир получил короткое сообщение с очередного беспилотного аппарата. Передать ответ нужно было через ту же выездную ремонтную машину, которая вывезла его ведомости.
Елена сообщала об удаче и обещала попытаться доставить на Дальний элементы охлаждения.
Ада прочла запись через его плечо.
— Значит, не только мы тут чиним старое.
Самир улыбнулся. На столе рядом с очередной заявкой лежала копия предупреждения чужого инспектора. Он переложил её к схемам насоса: если мастерскую удастся вернуть, стоило сохранить и то, что заставляло их рисковать сейчас.