После Дальнего Астер вернулся к кораблю Керна. Открытый передатчик продолжал работать; судно сместилось с назначенной траектории, но без подпространственного двигателя не успело далеко уйти.
Вооружение оставалось отключённым. Экипаж пытался восстановить двигатель, переносил инструменты между отсеками и запрашивал помощь. Астер мог остановить всё судно одним воздействием. Сейчас ему нужны были три записи: что знали перед ударом, кто выбрал цель и кто выполнил команду.
В человеческом журнале сохранялось предупреждение о населении. В чужом аппарате — время получения. У Керна нашлась запись распределения целей, которую тот ещё не успел удалить из всех действующих устройств.
Закрытые блоки памяти дали ему набор зашифрованных данных. Астер оставил их и проследил работу устройств, которыми экипаж ещё пользовался: пульт управления, служебную связь, ремонтный контроллер.
Керн распорядился удалить журнал целей. На главном пульте запись исчезла, но ремонтный контроллер ещё хранил очередь исполненных команд. При запросе состояния он выводил её на внутреннюю линию.
Астер повторил запрос и сравнил результат с тем, что успел получить у станции. Затем заставил устройство прочитать соседние записи. Он узнавал структуру формата по повторяющимся полям, не принимая каждое совпадение за перевод. Имена пришлось сопоставлять с обращениями по служебной связи.
На это ушло несколько часов. Корабль всё это время оставался обитаемым, и его экипаж продолжал собственные попытки ремонта.
В очереди контроллера сохранялись короткие поля времени и обозначения исполнительных устройств. Астер сопоставил одно из них с орудием, работу которого видел на записи наблюдателя. Для соседнего поля нашлось служебное обращение к офицеру.
Затем он восстановил участок обмена перед ударом. Предупреждение Сунь прошло на пульт Керна раньше команды наведения. Первый офицер подтвердил население. Второй передал параметры воздействия.
На другом конце судна инженер пытался снова соединить разомкнутую тягу. Астер видел его движения и не останавливал: по расположению оборудования и служебным вызовам это был другой член экипажа.
Сунь подтвердила последовательность. Перед ударом она сообщила о гражданском модуле. Керн принял передачу. После удара повторил требование подчиниться.
На внешней съёмке момент удара совпал с исполнением команды. Записи двух чужих устройств показывали одну последовательность, но происходили из общей сети. Астер сравнил её с сохранённым разговором Сунь и с тем, что теперь передавал сам Керн.
Два офицера подтвердили параметры цели и передали команду исполнения. Они знали, что эвакуация не закончена.
Астер ещё раз проверил обозначения трёх участников. На судне оставались другие живые существа; одинаковая форма и служба на одном корабле ничего не говорили об их решении у станции.
Керн потребовал переговоров через Таара. Он называл произошедшее необходимой мерой принуждения и ссылался на полномочия.
Астер ответил одним вопросом:
«Вы знали, что в модуле оставались люди?»
Керн ответил после паузы:
— Персонал был предупреждён. Администрация сохраняла возможность выполнить требование.
«Они просили время вывести людей».
— Дальнейшая задержка позволила бы им сорвать операцию.
Астер вернулся к изображению перехода. В нём ещё двигались жители, когда Керн подтвердил удар.
«И ты выбрал этот модуль».
Командир снова сослался на полномочия. О повреждении оборудования говорил дольше, чем о людях. Астер перестал ждать другого объяснения.
***
Линь получила материалы уже после начала проверки. Она спросила, что он собирается делать.
Астер не стал просить решения.
«Те, кто выбрал удар по людям, больше этого не сделают».
Линь открыла канал ответа.
— Ты собираешься их убить?
«Да. Тех троих».
Она задержала руку над пультом. Знакомое ей слово «ответственность» теперь означало действие, которое Астер мог выполнить раньше, чем она закончит возражение.
— Елена должна получить записи.
«Я передам».
— Я не об этом. Люди должны знать, что произошло.
Астер подтвердил передачу материалов. Разрешения он не просил.
Линь отправила пакет Елене с ближайшим курьером и некоторое время оставалась у включённого канала. Сказать, что Керн невиновен, она не могла. Произнести одобрение тоже не смогла.
***
Керн оставался у командного устройства. Один из двух офицеров находился рядом, другой ушёл к служебному пульту в соседнем отсеке. Астер дождался обращения, подтвердившего его положение, и снова сопоставил троих с записью приказа.
Затем остановил жизненно важные процессы в их телах.
Керн перестал отвечать посреди очередного требования. Сначала оператор решил, что оборвался канал, и повторил вызов. Тело командира удерживалось возле рабочего места креплением, предусмотренным для манёвра.
Во втором отсеке техник увидел неподвижного офицера и вызвал врача. Только после этого по судну прошло предупреждение о трёх пострадавших.
Вентиляция работала. Корабль сохранял движение. Остальные члены экипажа оставались живы.
***
Чужой врач пришёл к Керну через несколько минут. Он не увидел повреждения, которое мог бы исправить привычными средствами.
Врач проверил прибор, затем взял второй. Помощник спрашивал, переносить ли командира. Вместо ответа врач велел освободить проход и запросил сведения из соседнего отсека.
Там получили тот же результат. Воздух, температура, состояние оболочки не объясняли случившегося. Никто не видел удара.
Оператор у пульта Керна продолжал повторять вызов станции, пока старший из оставшихся не остановил его. Теперь нужно было передать состояние собственного экипажа.
Таару передали три имени и состояние судна.
Он потребовал подтвердить, что никто другой не погиб.
Подтвердили.
Эта точность не успокоила его. Она означала, что объект способен выбирать отдельных людей, сохраняя жизнь остальным.
Таар открыл первоначальное распоряжение Керну: подчинить узел и обеспечить его использование. Под документом стояло подтверждение командной службы. Приказа бить по жилому модулю в нём не было, но сама операция началась по этому распоряжению.
Эсса спросила, куда направить медицинскую группу чужого корабля.
Он ответил не сразу, затем подтвердил маршрут и потребовал полный список оставшихся. На этот раз ему нужны были имена, а не число исправных исполнителей.
***
Эсса потребовала сохранить все медицинские и служебные записи после смерти офицеров. Кто-то предложил отключить накопители, опасаясь дальнейшего чтения.
— Отключение не объяснит, что произошло, — ответила она.
— Две копии, — распорядилась Эсса. — Медицинскую запись хранить отдельно от командной.
Офицер спросил, зачем сохранять то, что чужой объект уже умеет читать.
— Чтобы мы сами не остались без этого.
Она включила в пакет состояние всех выживших. Первое донесение состояло почти целиком из отказов оружия и смерти командиров; по нему можно было решить, что на корабле больше некому работать.
Таар поддержал распоряжение. Позднее именно эти записи позволят отделить смерть трёх виновников от слухов о гибели всего экипажа. До командования сектора слух добрался почти одновременно с первым сообщением.
***
Астер передал подтверждённые записи людям и Директорату. К пакету он приложил последовательность от предупреждения Сунь до исполнения удара и отдельно указал три имени. Дальнейшие споры между человеческими службами и Директоратом он вести не собирался.
В другом участке внимания продолжалось сравнение меняющихся потоков вещества с предсказанием модели. Астер проверил запись и обнаружил, что наблюдение продолжалось без пропуска. На другом участке он успел прочитать журнал, поговорить с Керном и найти трёх участников приказа.
Лабораторный результат прежде вызвал бы желание сразу усложнить следующий опыт. Сейчас Астер сохранил его и оставил установки в прежнем режиме.
Он изменил маршрут основного разведчика и оставил людям время вернуть свои станции.
***
Больше месяца спустя к станции «Скат» прибыл назначенный медицинский транспорт. Когда раненых перевели на борт, Сунь тоже покинула узел. Там она прочла сообщение о смерти Керна и двух офицеров; сведения об этом дошли ещё до прибытия судна, но спокойно открыть пакет она смогла только теперь.
Врач спросил, нужно ли оставить её одну. Сунь покачала головой и помогла закрепить вещи возле соседнего ложемента.
Один из раненых хотел знать, кто теперь отдаёт распоряжения на чужом корабле. Она не знала. Назвала только тех, чья смерть была подтверждена, и закрыла изображение.
Ей больше не нужно было представлять, как тот же голос отдаёт такой приказ в другом месте. Она попросила врача проверить пациента и достала список погибших. Среди них была фамилия сотрудника, которому она не успела ответить перед закрытием перехода.
От смерти трёх виновников список не сократился.
Девять имён.