На сорок первом месяце войны донесения о Дальнем и станции «Скат» дошли до командования сектора Директората. От Дальнего его отделяли примерно тридцать три световых года. За время доставки часть кораблей успела сменить системы, а некоторые повреждения уже устранили.
Вей вывела карту и оставила возле каждой отметки дату последнего подтверждения.
— Это положения на даты передачи. Не сегодняшние.
Председательствующий попросил убрать пояснения: они закрывали построение сил.
Вей уменьшила обозначения, но даты оставила. Один из присутствующих уже указал на корабль у Дальнего как на доступный резерв. В следующем пакете тот корабль значился на другом маршруте.
— Здесь он больше не находится, — сказала она и открыла оба сообщения рядом.
После этого карту перестали считать готовым планом.
Таар участвовал через доставленную заранее запись. Он перечислил отказы оружия, переданные объекты и три смерти на корабле Керна. О собственном первоначальном распоряжении сказал отдельно. Не просил снять с него ответственность и не называл отход временной задержкой.
Когда запись закончилась, председательствующий вернулся к последнему изображению корабля. Корпус оставался целым. Часть устройств работала, часть — нет.
— Остальных членов экипажа вывезли?
Эсса подтвердила получение их медицинских сведений. Вей приложила список выживших.
Один из командующих предложил рассредоточить силы. Тогда объекту пришлось бы искать каждый корабль отдельно.
— Это сохранит суда, — ответила Вей. — Кто после этого будет удерживать человеческие узлы?
Он показал два маршрута, на которых люди пока не восстановили движение.
— Эти можно оставить за нами.
Вей наложила на карту последовательность событий у «Ската» и Дальнего. Между ними лежали пять световых лет. По доступным записям, человеческий курьер ещё не успел пройти это расстояние, когда начались следующие отказы.
Командующий убрал один из маршрутов. Второй оставил.
Руководитель направления предложил продолжать давление на более удалённые пункты. Люди не могли прикрыть всё одновременно, а солнечный объект по-прежнему не защищал каждый их рейс.
Эсса, прибывшая с транспортом снабжения, открыла ведомость. В верхней строке стояло число исправных кораблей. Ниже — запас сменных аппаратов, ремонтные сроки и груз, уже отправленный к занятым узлам.
— Эти силы расходуют запас быстрее, чем получают его.
— Можно привлечь другие.
— Откуда?
Председательствующий запросил свободный резерв соседнего направления. Ответ лежал в приложениях. Корабли имелись, но их перевод оставлял без прикрытия два собственных узла. На карте появились названия, за которые присутствующие отвечали лично.
Теперь сторонник продолжения должен был выбрать один из них. Он предложил сократить срок операции.
Эсса попросила назвать срок полностью: до выхода подкрепления, до подчинения людей и до возвращения судов.
Первое число он назвал сразу. Над вторым задержался. Третье оставил зависимым от поведения противника.
— Значит, запас на обратный путь тоже оставляем зависимым? — спросила она.
Он велел показать расчёт.
Для первого цикла груза хватало. Следующие поставки должны были пройти через узлы, уже занятые ремонтом и возвращением повреждённых аппаратов. Эсса приблизила одну строку. Указанный там транспорт существовал в двух планах одновременно.
Председательствующий вызвал составителя ведомости. Тот подтвердил: рейс успевал только на одно направление.
Предложение о подкреплении осталось на экране. Голосовать за него больше не торопились.
***
Астер о совещании не знал. Одно из его дальних тел наблюдало систему, где старый каменный спутник двигался под необычным углом к остальным орбитам.
Он попробовал восстановить его прежний путь. Захват мог объяснить наклон, но не все различия в составе. Астер отделил маленький образец от края старого ударного следа и сравнил его с веществом глубже.
Результат не совпал с первым ожиданием. Пришлось вернуться к движению тел и проверить другое время столкновения.
Здесь никто не требовал признать гипотезу до окончания проверки. После человеческой войны это было приятно. Астер сохранил оба результата и продолжил наблюдение.
***
К заседанию Вей вернулась с фрагментом разоружения у «Ската». Она убрала большую часть обозначений, оставив оружейные установки и человеческие жилые секции.
Во время отказов внутри станции продолжали работать свет, охлаждение и медицинский контур.
— Он выбирает воздействие, — сказала она.
Её попросили оценить предел.
— По этим записям предел не определяется.
— Способен уничтожить центральные миры?
— Не установлено.
— Значит, это предположение.
— Да. Как и безопасность этих миров.
Председательствующий не отправил замечание в приложение. Попросил оставить изображение на общем поле.
Сторонник продолжения указал на людские поселения: их можно было удерживать под угрозой до прибытия объекта. Вей открыла последовательность у Дальнего. Оружие отключалось отдельно от оборудования, поддерживавшего жителей и чужие подразделения.
— Мы уже рассчитывали на заложников. Вот результат.
Никто не ответил сразу. Затем спросили, почему сам объект не уничтожил всю группу.
— Я могу показать, что он сделал. Причину такого выбора нам не передавали.
Эсса вернулась к расходам человеческой войны. Для короткого ремонтного рейса теперь требовалась охрана. Одни и те же корабли сопровождали грузы, искали пропавшие аппараты и поддерживали занятые посты. Даже там, где люди проигрывали бой, следующий рейс обходился дороже прежнего.
Председательствующий предложил сформулировать цель новой операции. Не объём привлечённых сил, а состояние, после которого их можно будет вернуть.
Подчинение двух узлов снова появилось на карте.
— На какой срок? — спросил он.
Ответ зависел от появления Астера. Всё дальнейшее обсуждение возвращалось к этому условию.
К концу заседания достижимой цели так и не назвали.
Один из участников напомнил о местных прекращениях огня. Люди уже согласились забирать своих и пропускать отходящие чужие суда.
Другой назвал это слабостью противника.
Вей открыла запись возвращения персонала на Дальний. Человеческие корабли принимали людей; чужой буксир проходил мимо без преследования.
— Они возвращают объекты, которые считают своими. Здесь они могли продолжить удар и не продолжили.
— Один буксир ничего не гарантирует.
— Он показывает, что условия можно предложить.
Эсса назвала груз, который ещё оставался на человеческой поверхности. При отходе его следовало сверить и вывезти. Часть была включена в собственные системы людей; просто отключить её уже не получалось.
Председательствующий потребовал перечень для переговоров. На этот раз Эсса открыла готовый файл.
Решение приняли не сразу. Прекращение кампании означало вернуть захваченное и объяснить потери тем, кто поддерживал расширение. В проекте несколько раз меняли формулировку, но направление следующего рейса уже было определено: он должен был доставить условия, а не подкрепление.
Приказы об остановке наступления отправили несколькими маршрутами. В каждом указали полномочия командиров до встречи с человеческими представителями.
Вей проверила даты выхода курьеров. Одни подразделения прочтут распоряжение быстро. Другие ещё успеют исполнить прежнее.
На карте остались области, к которым новое решение только начинало путь.