После решения командования прошло несколько месяцев. Курьеры расходились по направлениям; рядом могли оказаться два корабля, действовавших по распоряжениям разных недель.
Елена находилась на «Арго», когда получила сообщение о прекращении огня. Приказ подтвердили на С-1 ещё до выхода к транспортной группе. Она передала копию капитанам и всё равно оставила прежний порядок прикрытия: неизвестно было, кто уже прочёл его по другую сторону.
На пассажирском транспорте возвращались люди с эвакуированного научного поста. Второе судно везло оборудование, которое удалось снять последним. У ближайшего маршрута их встретила группа Директората.
Чужой командир ответил старым номером распоряжения и потребовал остановиться.
Елена отправила копию нового документа вместе с подтверждением С-1.
— Подтверждение не получено, — передали ей.
Камаль сравнил даты. Последний курьер противника мог пройти его узел раньше нового приказа. Елена не стала объявлять ответ ложью.
— Перешлите на свою ближайшую точку связи. Мы удержим канал открытым.
Камаль предложил подождать: если приказ действительно шёл следом, остановка стоила лишь времени.
На соседнем поле появился капитан пассажирского транспорта. Внизу изображения мигало сообщение инженерной службы.
Повреждённый теплообменник выдерживал текущий режим, но запас уже расходовался. Его хватало на несколько часов, не на несколько суток.
— Нижняя граница? — спросила Елена.
Капитан вызвал инженера. Тот назвал предел, затем более раннее время, к которому ещё можно было уйти без аварийного отключения части помещений.
Елена внесла на общую карту вторую отметку.
— Ожидание считаем до неё. После этого выводим людей.
С пассажирского судна спросили, сообщать ли о встрече в жилой отсек.
— Сообщите, почему держим ремни и сколько может продлиться ожидание. Подтверждённый срок. При изменении повторите.
Она направила «Арго» к стороне чужого построения, где оставался проход. «Меридиан» сместился так, чтобы прикрыть транспорт при отходе.
Их наблюдатели работали раздельно. Резерв связи держался в стороне от основного, а экипажи заранее знали порядок при потере общего управления. Камаль проверил отметки и убрал с одного аппарата лишний вызов: тому требовалось следить за направляющимся к ним перехватчиком.
Чужой аппарат ускорился к проходу.
— Будет у транспорта раньше нас, — сказал оператор.
«Арго» изменил траекторию. Перехватчику пришлось повернуть к нему, чтобы не пропустить корабль прикрытия. Елена не дала приказа на уничтожение.
Она снова передала документ.
— Мы выведем людей. Вы можете дождаться подтверждения после этого.
Ответа о согласии не было. Чужой командир сообщил, что отправил запрос на ближний узел. Радиосигнал шёл туда несколько часов; удостоверить полномочия могли там, если новый курьер уже прибыл.
Камаль сопоставил время ответа с пределом теплообменника. Промежутки почти не оставляли запаса.
Елена вызвала капитана снова.
— Есть другой режим?
Инженер начал перечислять то, что можно выключить. Врач пассажирской группы остановил его на двух помещениях. Там находились люди, которых нельзя было переводить без подготовки.
Камаль предложил курс с меньшей нагрузкой на охлаждение. Переход сразу выполнить не получится; зато удастся дождаться ответа узла.
Капитан попросил время проверить расчёт на своём судне.
Елена дала его. По общему полю было видно, как перехватчик продолжает сближение.
***
На Дальнем Самир собирал для отправки чужое оборудование. Условия местного прекращения огня требовали вернуть его по перечню, и возле мастерской постепенно рос ряд подписанных контейнеров.
Один блок ещё стоял в работающем гнезде. С ним охлаждение держалось ровнее, чем до оккупации.
Ада провела пальцем по строке ведомости.
— Этот можно записать потерянным. Они не проверяют каждый отсек.
Самир посмотрел на прибор, затем на старую человеческую замену, приготовленную рядом. Её уже проверили, но при прежней нагрузке температура поднималась выше.
— Мы сами требовали вернуть вещи по списку.
— Я помню. Только насос от этого лучше не заработает.
Он попросил её уменьшить расход на время замены. Отключил блок, дождался остановки и снял крепление. В гнезде осталась светлая полоса: чужая деталь прикрывала место, которое люди несколько месяцев не могли очистить.
Ада держала старый прибор, пока Самир соединял разъёмы. Первый запуск пришлось прервать из-за неверной настройки. Со второго охлаждение пошло.
Работало хуже, зато работало. Самир записал новые пределы рядом с пультом. Теперь следующий дежурный мог увидеть их без запроса в чужую службу.
Возвращаемый блок положили в контейнер. Ада всё-таки вложила туда запись последних измерений.
— Пусть проверят, что получили исправным.
***
Капитан пассажирского транспорта подтвердил расчёт Камаля. Елена передала изменение курса всем судам по отдельности, затем дождалась ответов. До неё дошло два одинаковых подтверждения и одно старое: оператор второго транспорта прочёл прежнюю строку.
Она попросила повторить координаты. Ошибку исправили до манёвра.
Конвой перешёл в более холодный режим. Нагрузка на повреждённый теплообменник снизилась, но запас для следующего ускорения стал меньше. Капитан назвал новый предел ожидания. Камаль передвинул отметку.
Чужой перехватчик остался на подходе. «Арго» держал между ним и транспортом расстояние, достаточное для изменения курса. Оружие противника ещё не работало.
В пассажирском отсеке люди слушали объяснение экипажа. Некоторым повторный срок показался ухудшением: ожидание стало длиннее. Помощник капитана сообщил, что изменили режим охлаждения и выиграли время для проверки приказа.
Маленький ребёнок спросил, почему нельзя расстегнуть ремень, если никто не летает по отсеку.
Мать начала отвечать, но остановилась. Она знала прежний режим движения, не нынешний. Вызвала экипаж и получила короткое объяснение: следующее изменение курса могли выполнить быстро, поэтому крепления пока оставляют закрытыми.
Ребёнок попросил поправить ремень возле плеча. Она поправила и больше не пыталась угадать, что происходит снаружи.
Подтверждение приказа пришло за сорок минут до нового предела. Елена увидела сначала изменение движения перехватчика и только затем чужое сообщение. Аппарат прекращал сближение.
Камаль проверил подпись и номер ответа. Чужой командир освободил проход.
Елена провела оба судна дальше. Держать строй пришлось и после этого: теплообменник оставался повреждённым, а спокойное сообщение не прибавляло ему ресурса.
Когда опасная группа осталась позади, оператор спросил, отмечать ли произошедшее как бой.
— Как попытку перехвата без открытия огня. Сохраните все сообщения.
Елена вызвала ремонтную стоянку и передала состояние пассажирского судна. Ей хотелось домой. Пока требовалось довести его до места, где люди смогут снять ремни и не ждать следующего манёвра.
***
Позднее Елена прочитала замечания пассажиров к рейсу. Среди них была запись разговора о ремне. Время в ней совпало с изменением курса: общий приказ передали капитанам раньше, чем понятное объяснение дошло до жилого отсека.
Она уточнила инструкцию и приложила короткий образец сообщения. Достаточно было назвать причину ожидания, текущие ограничения и время следующего сообщения, даже если новой информации к нему не появится.
***
Астер получил запись позднее. Люди провели конвой без его участия. Он посмотрел на два названных капитаном предела ожидания и на изменение курса между ними. Второй срок появился после действий экипажа, а не после прибытия подкрепления.
В сопроводительных сведениях Елена отдельно отметила работу инженера пассажирского транспорта. Астер прочитал имя и вернулся к наблюдателю у Дальнего.
Чужие суда отходили; человеческие занимались ремонтом. Эту картину он удерживал вместе с анализом чужих корабельных устройств. Но когда в третьей системе изменилось движение газа, разбор журнала пришлось остановить и сохранить место.
Он вернулся к нему, проверив новое движение.