Отец прислал сообщение о прибытии, когда Дарья ещё стояла перед закрытым выходом.
Она посмотрела на время, потом на объявление над дверями. Кабина уже была на станции, пассажиров пока не выпускали.
«Знаю. Я снаружи».
Ответ пришёл почти сразу:
«Я тоже пока внутри».
Дарья улыбнулась и убрала устройство.
За второй месяц на орбите она научилась приходить сюда так, чтобы не стоять без дела. Сегодня снова явилась слишком рано. Ника сказала, что это семейное, и пошла узнавать, открыт ли короткий проход к жилому участку.
Наконец двери разошлись.
Первые люди вышли быстро. Потом поток замедлился: кто-то остановился поправить сумку, сотрудник помогал пассажирке с ребёнком. Отца Дарья увидела возле края, ещё до того, как он поднял голову.
Он нёс небольшую дорожную сумку.
— Ты ничего не забыл? — спросила она, когда он подошёл.
Отец посмотрел на неё и понял, что она повторила его слова перед первым подъёмом.
— Куртку взял.
Они обнялись. Сумка оказалась между ними, и теперь уже Дарье пришлось отодвинуть её, чтобы не мешала.
— Как дорога?
— Нормально. Только меня всё время спрашивали, первый ли раз еду.
— А ты?
— Говорил, что первый. Потом начинали объяснять, куда смотреть.
Он оглянулся на закрывавшийся выход.
— Хорошо, что ты встретила.
***
Дарья приготовила маршрут.
Сначала видовая площадка, потом дорога мимо внешних сборочных участков, затем обед и её комната. Ника обещала присоединиться позже: до конца смены оставалось время.
Отец слушал, кивая, пока они шли через терминал.
На первом повороте Дарья остановилась. У обычного прохода работали люди; ограждение направляло пассажиров в соседний коридор.
— Вчера было открыто, — сказала она.
Отец посмотрел на указатели.
— Туда?
— Да, только дальше.
Они пошли в обход.
Мимо проплывали названия служб, приглашения на рейсы, сообщения об освободившихся местах. Дарья привыкла не читать большую часть. Теперь всё время проверяла, что именно видит отец, и пыталась объяснить раньше, чем он спросит.
У широкого окна она наконец остановилась.
Ладога занимала почти весь вид. По краю планеты тянулись облака; над одним участком воды они разошлись, оставив глубокий синий просвет. Под ними находились знакомые берега, но с этой стороны Дарья не могла сразу найти свой.
Отец подошёл ближе.
Она ждала вопроса о доме. Вместо этого он долго смотрел на свет над облаками.
— Ты сюда часто приходишь?
— Иногда после работы. Если не очень устала.
— Я бы, наверное, каждый день.
Дарья уже собиралась ответить, что потом привыкаешь, но передумала.
Отец достал устройство, попробовал снять вид, проверил результат и убрал. На изображении отражался коридор.
— Потом пришлю тебе нормальный, — предложила она.
— Не надо. У меня твои уже есть.
Он ещё немного постоял у окна.
Дарья впервые за утро перестала смотреть на расписание.
***
Дальше её план начал рассыпаться.
К внешним участкам проходили только по заранее оформленному посещению. Дарья знала об этом, но не заметила, что на присланном подтверждении стоит другой день. В обеденном зале, который советовала Ника, меняли оборудование. До следующего места идти было недолго, но отец замедлил шаг и несколько раз перехватил сумку.
— Давай я понесу.
— Лёгкая.
— Тогда тем более.
Он отдал.
Дарья поняла по весу, что сумка была набита гораздо плотнее, чем выглядела.
— Что ты туда положил?
— Дома посмотришь.
— У меня здесь всё есть.
Отец не ответил. Она почувствовала, как прозвучало «дома», и пожалела, что сразу заговорила о содержимом.
Возле небольшого кафе нашёлся свободный стол. Дарья усадила отца, заказала еду и принялась проверять, куда ещё можно попасть сегодня.
Он некоторое время ждал.
— Ты когда отсюда уходишь после смены, куда идёшь?
— В комнату. Иногда к Нике. Здесь недалеко есть ещё один зал, мы там собираемся.
— Вот туда и пойдём.
— Я хотела показать тебе больше.
— Уже показываешь.
Дарья положила устройство на стол.
— Я половину закрытых дверей показала.
— И место, где ты обедаешь.
— Здесь я ещё ни разу не обедала.
Отец посмотрел на принесённые тарелки.
— Тогда узнаем оба.
***
Ника нашла их, когда они допивали чай.
Отец встал, но она остановила его жестом и сама придвинула свободный стул.
— Давно добрались?
— Достаточно, чтобы мне объяснили, что я неправильно готовила поездку, — сказала Дарья.
— Кто объяснил?
Она показала на отца.
— Я только попросил показать, где она живёт.
Ника засмеялась.
В зале сменилось изображение над стойкой. Короткий выпуск сообщал о первых серийных партиях специализированных электронно-фотонных ускорителей человеческого производства. Их готовили для обработки наблюдений, сигналов и части инженерных расчётов; новые вычислительные мощности должны были сократить очереди к некоторым дорогим комплексам.
Ника подняла голову на знакомое название предприятия.
— Нам про них уже прислали. Учебные расчёты хотят перенести на новую площадку.
— Чтобы не ждать общей очереди? — спросила Дарья.
— Часть. Сложное останется там, где было.
На экране показывали небольшие модули рядом с обычной электроникой. Отец досмотрел сюжет.
— Это здесь будут ставить?
— И на поверхности тоже, — ответила Ника. — Только не для любой задачи. Наш отдел пока выясняет, что сможет туда отдать.
Дарья вспомнила первое сообщение о материалах для лифта. Тогда за ним началась посадка, и новости остались частью дороги. Сейчас незнакомые коробки на экране уже касались её будущей смены и того, сколько придётся ждать расчёта.
Отец спросил, чем она занималась вчера.
Дарья начала с названия системы и сама услышала, как мало оно ему объясняет.
— Мы смотрели, почему на одном участке показания меняются после пересменки. Сначала думали, что датчик. Потом оказалось, что меняется режим использования помещений. Я до этого проверила не всё и зря позвала старшего.
— Он рассердился?
— Спросил, что я уже успела исключить.
Ника улыбнулась, но ничего не добавила.
Отец выслушал до конца. Потом рассказал о доме, о ремонте у соседей и о том, кто всё ещё спрашивает, не собирается ли дочь вернуться насовсем.
Дарья поймала себя на том, что ждёт ответа на последний вопрос, хотя он не был задан ей.
— Я говорю, что она работает, — произнёс отец. — Как будто этого мало.
Он допил чай и оглядел обеих.
— Теперь покажете, где?
***
В комнату они пришли уже без маршрута.
Ника ненадолго ушла за оставленными после смены вещами. Дарья открыла дверь и увидела собственную кружку на краю стола. Утром она так торопилась встретить отца, что забыла убрать.
Он задержался на пороге.
Комната была меньше, чем казалась на присланном изображении. Зато нашлось место для стола, закрытого ящика и двух стульев. Один Дарья одолжила накануне.
На крючке у двери висела куртка.
Отец заметил её сразу.
— Пригодилась?
— Иногда. У общего перехода прохладно.
— А ты спорила.
— Я уже заплатила за это местом в сумке.
Он поставил свою на свободный стул и начал доставать свёртки.
Еда. Небольшая коробка, которую она оставила в шкафу. Вещь, которую он принял за нужную, хотя Дарья не пользовалась ею несколько лет. Потом ещё еда.
— Ты мне на месяц привёз?
— Сам же приехал. Буду помогать.
Дарья посмотрела на него.
— Ты ведь не обязан сегодня возвращаться.
— Я не собирался.
— Правда?
— Ты прислала, где можно остановиться. Я выбрал.
Она вспомнила своё сообщение. Несколько вариантов жилья возле пассажирского участка, цены и пояснения к дороге. Отправила почти сразу после первого подъёма, затем решила, что отец посмотрит позже.
Он всё посмотрел.
Дарья переставила сумку на пол и освободила второй стул.
***
Вечером они всё-таки вернулись к окну.
Ника шла рядом, показывая на ходу короткие пути. Отец запоминал не все, но уже узнавал поворот к пассажирскому участку. На завтра он собирался сам добраться до комнаты Дарьи, пока та закончит работу.
Планета за стеклом выглядела иначе. Свет уходил с видимой стороны, над облаками оставалась узкая яркая кромка.
Отец остановился на том же месте.
— Теперь понятно, почему утром не стоило снимать.
— Сейчас тоже будет отражение, — предупредила Дарья.
— Я уже знаю, где встать.
Он сделал несколько изображений и показал ей одно. В стекле отражались все трое, а за ними помещалась часть Ладоги.
Дарья не стала предлагать прислать другое.
По дороге обратно отец спросил, во сколько у неё заканчивается смена. Она ответила и объяснила, что может задержаться.
— Тогда я подожду там, где мы сегодня обедали.
— Только не приходи за час.
Он улыбнулся.
— Постараюсь.
У двери жилого участка Дарья передала ему контейнер, который утром приняла за лишний.
— Это возьми с собой. Там не всё удобно разогревать. А завтра принесёшь обратно.
Отец убрал контейнер в опустевшую сумку и пошёл к гостевым комнатам возле пассажирского терминала. На этот раз Дарья знала, когда они увидятся снова.