Тера узнала жернов по сколотому краю.
В детстве она пряталась за ним, когда дед приводил её к реке. Теперь камень лежал на телеге. Под него подсунули доски, а сбоку уже привязали чужой дорожный ящик.
— Это куда? — спросила она.
Возница показал за реку.
— В Ольт. Под новое здание.
Тера поставила ногу на ступицу. Возница остановился.
— Не надо залезать. Сейчас поедем.
— Пока нет.
Из разобранного мельничного корпуса вышел человек с ломом.
— Ты из Сарны? Вам отдали железо.
— Мне не нужно железо. Покажи распоряжение.
Он крикнул внутрь. Через минуту к телеге подошёл Гален, представитель Ольта в общем совете. Тера знала его достаточно хорошо, чтобы сначала убрать ногу с колеса, а потом уже спорить.
— Мы договорились разобрать мельницу, — сказал он.
— Разобрать. Не разделить между собой.
— Здесь будет водоподъёмная станция. Камень ей мешает.
— В Ольте у вас будет лестница. Не станция.
Гален прищурился.
— Из этого камня сделают ступень. Из остального тоже. Он ещё послужит.
— Тогда сначала решим, кому он принадлежит.
У телеги собрались рабочие. Один начал отвязывать ящик: похоже, ему было важнее успеть к отъезду, чем узнать, как закончится спор.
В сто семьдесят пятом году от начала правления Ирэн старой мельницей уже не пользовались. У трёх городов появились другие машины, большие склады и мосты. От первого сооружения сохранялись толстые стены и водоотвод, который собирались расширить для нового водоснабжения.
По старому соглашению каждый город имел один голос в управлении общим имуществом.
Сарна теперь занимала оба берега. Её новые кварталы росли быстрее, чем туда успевали проводить воду. Два других города оставались значительно меньше. Когда Тера говорила об этом в совете, Гален отвечал, что население ещё не означает права распоряжаться чужой собственностью.
С этим она соглашалась. С остальным — всё труднее.
— Сегодня вечером, — сказала Тера. — До того пусть полежит.
Гален посмотрел на телегу, затем на разобранную стену.
— Если ты опять приведёшь весь свой совет, мы там не поместимся.
— Тогда найдём другое место.
***
Место нашли в пустом складе.
Тера пришла с двумя представителями новых кварталов. Один из них, Дар, прежде строил городские водоводы. Он принёс план и отказывался сворачивать его, хотя ветер постоянно выворачивал край.
Гален сел напротив. Мара из Белого Брода опоздала: задержалась лодка. Стул ей принёс мальчик, который остался у двери послушать.
— Начнём со станции, — предложила Тера.
— Ты остановила вывоз камня, — напомнил Гален.
— Потому что камень мы делим за один день. А станцию уже второй год.
Дар разложил план на полу, прижав края пустыми ящиками. Стол оказался слишком мал.
Он показал старый забор воды, будущую станцию, ветки к трём городам. До новых кварталов Сарны на плане не хватало нескольких улиц. Дар дорисовал их карандашом.
— Здесь живут люди, которых нет в вашем расчёте.
— Их не было, когда его делали, — ответила Мара.
— Да. Теперь есть.
Тера присела рядом.
Общий совет соглашался заменить старые трубы и восстановить подачу в Ольт. На расширение для Сарны денег не выделяли. Гален и Мара дважды голосовали против: их города не могли внести требуемую долю. Сарна предлагала оплатить прирост мощности сама, но взамен требовала изменить управление. Это оба меньших города отвергали ещё быстрее.
— У нас больше жителей, чем у вас вместе, — сказала Тера. — И мы вносим большую часть средств. После этого вы вдвоём решаете, что нам достаточно.
Мара сняла плащ.
— А ты предлагаешь, чтобы мы могли только смотреть?
— Предлагаю считать жителей.
— Мои жители десятилетиями содержали эти сооружения. Наш лес, наши каменщики. Они не исчезли оттого, что у вас построили ещё двадцать кварталов.
— Никто не собирается их вычёркивать.
— Но голоса вычеркнешь.
За спиной Теры Дар выдохнул. Она знаком попросила его подождать.
Гален вынул небольшую книгу. На обложке было имя Ирэн.
— Общую долю нельзя забирать на другие работы без решения всех городов. Мы это приняли не вчера.
Тера знала, какой раздел он открыл. О содержании мельницы. О зерне, которое однажды отдали другим работникам, не спросив тех, кому его обещали.
— Здесь написано, кому должны выдать уже заработанное, — сказала она. — А не сколько вечно будет голосов.
— Здесь написано, что у общего имущества есть несколько хозяев.
— Тогда почему жернов уезжает без нас?
Гален закрыл книгу.
Мальчик у двери засмеялся и сразу замолчал, когда Мара посмотрела на него.
***
Ирэн стояла возле плана.
Пока Дар разворачивал его, она успела побывать в новых кварталах. У одного из домов женщина несла воду с соседней улицы, придерживая бедром дверь. В Ольте, куда Ирэн переместилась следом, из уличного крана тоже не текло. Вода там появлялась по часам. За словами Галена стояла вполне настоящая очередь.
Она вернулась в склад прежде, чем спор дошёл до конца.
В панели оставалось событие об устройстве общей власти. Сохранение прежнего союза городских советов, единое представительство жителей, расширение самостоятельности каждого города — у всех путей были сторонники и основания. Ирэн выбрала развитие общего выборного представительства с сохранением городских полномочий.
После выбора никто в складе не заговорил её словами.
Дар продолжал показывать Тере место, где можно было разделить строительство на очереди. Гален собирался уходить. Он согласился оставить жернов, но не обещал согласия на остальное.
Мара остановила его возле двери.
— Если они заплатят за расширение сами, что именно мы потеряем?
Он обернулся.
— Сегодня ничего. Потом скажут, что вся станция их.
— Значит, нужно решить это сейчас.
Ирэн последовала за ними. Впервые за вечер разговор продолжился без книги в руках.
***
Через неделю Тера пришла на общую прогулку вдоль будущего водовода.
Гален привёл двух жителей Ольта. Мара — пожилого каменщика, который помнил последний большой ремонт. Они прошли участок от старого корпуса до первого разветвления. Каменщик несколько раз останавливал Дара: на плане труба пересекала места, где к основанию было трудно подобраться.
У поворота Тера показала будущую ветку Сарны.
— За эту часть платим мы. Её мощность можно посчитать отдельно.
— А если у вас закончатся деньги? — спросил Гален.
— Тогда не будем строить следующий участок. Ваши старые линии не отключаем.
Разговор вышел длиннее самой прогулки.
В новом общем совете предлагалось семь мест. Четыре получала Сарна, два Ольт, одно Белый Брод. Большинство общих расходов можно было утверждать без единогласия. Но отчуждение прежней общей собственности и уменьшение гарантированной подачи воды требовали согласия затронутого города. Гарантии предстояло записать до выборов.
Мара хотела двух представителей. Тера отказалась обещать это без пересчёта. Они договорились о регулярном пересмотре мест по числу жителей и о том, что каждый город сохраняет хотя бы одно. Собственные местные расходы общий совет не распределял.
— Тебя теперь твои же и снимут, — сказал Гален, когда они свернули обратно. — Спросят, зачем дала нам право задерживать стройку.
— Спросят, — ответила Тера. — Я объясню, что мы не покупаем Ольт вместе с трубами.
Он посмотрел на неё, потом впервые за день рассмеялся.
У мельницы их ждали рабочие. Возница сидел на пустом ящике.
— С этим что? — спросил он, показывая на жернов.
Гален подошёл и постучал по сколотому краю.
— В Ольт пока не везём.
— А разгрузить можно?
Тера кивнула.
Камень решили оставить у общей станции. Где именно — пока спорили. Дар хотел отодвинуть его от дороги, каменщик предложил поставить под навес. Мальчик, слушавший первое собрание, сказал, что на нём можно будет сидеть.
— На ребре неудобно, — ответил возница.
Ирэн дождалась, пока они договорятся уложить жернов плашмя.
До новых выборов оставалось больше месяца. Тере ещё предстояло вернуться в свой город и убедить людей принять не всё, за чем они её отправляли. Она помогла снять дорожный ящик с телеги, подхватила свёрнутый план и пошла к мосту вместе с Даром.
На той стороне их уже ждали.
— Разрешили строить? — спросил мужчина с пустыми вёдрами.
Тера остановилась. Можно было кивнуть и объяснить остальное позже. Вместо этого она попросила его задержаться: хотелось, чтобы на вечернее собрание пришли и те, кому снова придётся вносить деньги.
— Опять платить? — спросил он.
— За новую часть. И выбирать тех, кто будет следить за общей.
Он посмотрел на Дара, потом на реку. Вёдра поставил на землю и остался слушать.